Военный журналист Михаил Солодков, попавший в Афганистан в возрасте 28 лет, провел три года, фиксируя жизнь советских солдат на передовой. Он стал свидетелем не только их повседневной рутины, но и жестоких боев с моджахедами. В настоящее время он возглавляет Краснодарское региональное отделение Российской общественной организации инвалидов силовых структур. В преддверии 37-й годовщины вывода советских войск из Афганистана, которая отмечается 15 февраля, Михаил дал интервью Армавирскому Собеседнику, в котором поделился своими воспоминаниями о службе, о том, как он оказался «за речкой», и о том, что значит быть военкором.
— Вы находились в Афганистане с января 1980-го по май 1983-го. Как вы попали «за речку»? — спрашивает журналист.
— Я служил в пограничных войсках. В Афган уехал в звании старшего лейтенанта. Будучи корреспондентом, а позже начальником отдела боевой и политической подготовки в окружной газете «Дзержинец», я часто выезжал в командировки, фиксируя события на фронте. Позже меня назначили заместителем командира окружного отряда спецпропаганды, где я занимался дискредитацией моджахедов и созданием листовок на их языке. Это была моя работа, и я старался делать её наилучшим образом.
— Редакция «Дзержинца» находилась в Ашхабаде, как вы передавали материалы для печати? — продолжает интервьюер.
— В 1980-х годах возможности были ограничены. Мы отправляли срочные материалы по радиосвязи и через телеграфистов. Основные репортажи я писал, возвращаясь с боевых операций. Спецвыпуски полностью готовил сам: писал тексты, макетировал номера. Мне выдали камеру, чтобы фиксировать происходящее на фото и видео, но некоторые плёнки забирали и сами проявляли в частях.
— Вы были с советскими солдатами не только в спокойной обстановке, но и в боях. Почему вы стремились быть в гуще событий?
— В училище мне запомнился девиз Константина Симонова: «Кто не рискует, тот мало видит, а, следовательно, плохо пишет». Я решил следовать этим словам и ходил с передовыми подразделениями, участвовал в боях. Стрелять не довелось, но автомат всегда был при мне.
— Как же вы обеспечивали свою безопасность без единого выстрела?
— Стрелять самому было невозможно — на мне висели камера и фотоаппараты. Я снимал будни солдат, а бойцы прикрывали меня. Одного из них, Юру Корсунова, я запомнил на всю жизнь. Он защищал меня во время боя за перевал Гумбак. Когда его патроны закончились, я отдал ему свои запасы. Я был тронут, узнав, что за мою голову моджахеды обещали свыше 75 тысяч афгани — это была высокая оценка моей работы.
— У вас были какие-то привилегии в быту, как у военкора?
— Нет, я никогда не жил лучше, чем наши солдаты. Один раз, например, мы провели операцию в Куфабском ущелье и остались на ночлег на горном склоне. Начался сильный дождь, и мы с десантником Геннадием Тутукиным легли спиной к спине, укрывшись плащ-палаткой. В итоге, нас атаковали моджахеды, но мы смогли отразить нападение и захватить несколько из них.
— Что вы запомнили из первого боя, в котором участвовали?
— В первом ночном бою мне в карман попала пуля. Мы остановились на ночлег, и «духи» атаковали наши позиции. Пуля задела меня, оставив ожог. Я воспринял это как знак свыше — поверил, что из Афганистана выйду живым. Позже я передал эту пулю в фонд Армавирского краеведческого музея.
— Не все ситуации могли закончиться так благополучно?
— Да, вы правы. Трагедия могла произойти 23 февраля 1980 года, когда я летел с десантом сводного боевого отряда. Наш вертолет был подбит, и произошла авария. Мы падали с высоты 12-15 этажей, и один человек, рядовой Александр Малыгин, погиб. Остальные продолжили выполнять задачу, прикрывая перевал.
— Когда вы осознали, что вертолет падает, о чем думали?
— Я сидел на ящике с боеприпасами и подумал, что сейчас всё закончится, но вскоре собрался с мыслями и начал помогать раненым. Мы заняли круговую оборону и оказывали первую помощь, пока ждали эвакуацию.
— Сейчас вы занимаетесь патриотическим воспитанием молодежи и пишете книги. Почему это важно?
— В своих книгах я описываю фронтовую жизнь, ведь советские солдаты «писали» новые страницы истории. Мы учили своих детей и внуков делать всё для Родины. Я написал стихотворение «Без срока давности», которое близко и тем, кто защищает страну сегодня.